кабинет декана кричали в два голоса - Сельсин разносил в атомы какого-то
неподатливого. Это он умеет. Секретарь, соря на бумаги, ел бутерброд и с
интересом прислушивался. Алла Хамзеевна сидела мумией - плоская спина в
трех сантиметрах от спинки стула и идеально ей параллельна. Вацек с
покорной тоской в глазах слонялся из угла в угол.
Я поздоровался со всеми, а с Вацеком - за руку. Вацек никогда не
подает руки первым, это приходится делать мне. Секретарь что-то промямлил
сквозь бутерброд, я не понял что. Алла Хамзеевна сурово поджала губы. Она
меня не любит, и есть причина. Это она так считает. Никак не может
простить, что моих родителей отправили на Юг раньше ее припадочного зятя,
хотя по ее заслугам, в чем она глубоко убеждена, следовало бы наоборот,
причем вне всякой очереди. Но вне очереди пошел я, и ей это сугубо не все
равно. Вацеку вот все равно, а ей не все равно. Бывают такие люди.
- Сельсин у себя? - спросил я.
Алла Хамзеевна сделала вид, что не слышит.
Сельсин - прозвище и сущность нашего декана. Я имею в виду
сельсин-датчик. Это не фамилия, а несложный электромеханический прибор.
Если ось сельсина-датчика повернется на некоторый угол, на тот же угол
волей-неволей должна повернуться ось связанного с ним кабелем
сельсина-приемника. В общем, все как у людей.
- У себя, - нерадостно сообщил Вацек. - Только он, по-моему, занят.
Крик за дверью усилился. Теперь орал один Сельсин, орал за двоих, а
его оппонент только вякал с последней линии обороны. Сельсин его дожмет,
вольтерьянца.
- Как думаешь, это надолго?
Вацек только пожал плечами. Будто поежился. Вид у него был самый
несчастный. Вольтерьянец за дверью вдруг страшно заорал: "Я вам так не
позволю!.." Позволит он. Еще как позволит. И так позволит, и эдак. Я знаю.
- Я первая, - вдруг сказала Алла Хамзеевна непререкаемым тоном. - Я
здесь уже полчаса, а вы только что пришли.
- Пожалуйста, пожалуйста, - уверил я. - Вы так вы. Мне все равно.
Кажется, я ее обидел. Она копит обиды на меня и складывает их в
Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>